Свет погас — Бекин Александр

Свет погас

Пожилой мужчина в белом халате стоял перед строем молодых солдат. Поочерёдно называя фамилии военных, он что-то отмечал в листках, которые держал в руках.
— Якушев.
— Здесь! – громко отозвался последний в списке солдат. Мужчина посмотрел на парня поверх очков.
— Нет нужды так кричать, молодой человек, — спокойно промолвил профессор, — мы не на плацу и не у Вашего сержанта по строевой подготовке, — затем пожилой мужчина в последний раз сверился с записями и снова обратился к молодому курсанту, — ну, с Вас тогда и начнём, курсант Якушев. Надеюсь, Вы в курсе, что Вам предстоит пережить и зачем это нужно?
— Так точно!
Профессор снова сморщился от крика.
— Зачем же так кричат? — обращаясь к медсестре, он продолжил. — Любовь Ивановна, будьте добры, отведите первого испытуемого в лабораторию номер 1, — мужчина повернулся к курсантам, — а Вы, молодые люди, пока свободны. Следующего мы позовём позже.
Профессор проводил взглядом расходящихся солдат. Каждый раз, когда он видел этих молодых ребят, ему невольно становилось стыдно за то, что он заставляет их переживать, но в то же время он понимал, что другого пути ни у него, ни у вооружённых сил просто не было.
Мужчина вошёл в лабораторию номер 1. Первый курсант уже лежал на специальном экспериментальном столе: руки и ноги его были стянуты ремнями, на голове находился прибор, чем-то напоминающий шлем с множеством проводов и присосок. Якушев выглядел спокойным.
— Итак, молодой человек, — начал профессор, — не смотря на то, что Вы прекрасно осведомлены о предстоящей процедуре, для протокола мне необходимо будет делать аудио- и видеозаписи, на которых я буду комментировать весь эксперимент от его целей до полученных результатов. Чувствуете себя хорошо?
— Так точно, состояние отличное.
— Чудненько. Готовы приступить к процедуре?
— Так точно, товарищ профессор.
Пожилой мужчина улыбнулся, подобное обращение к себе он не слышал довольно давно.
— Двадцать седьмое августа две тысячи тридцать седьмого года, время – одиннадцать шестнадцать. Испытуемый – курсант Якушев Владимир Иванович. Работа сердечно-сосудистой и нервной систем в норме, в целом, состояние отличное. Приступаем к процедуре стирания памяти.
Профессор заметил, как солдат немного занервничал после его слов. Он неоднократно видел, как молодые ребята, решившиеся на такой шаг ради службы в элитных частях армии и знавшие, что их ждёт, сдавались в самый последний момент. У многих после начала процедуры начиналась истерика, некоторые пытались навредить самим себе, но это было именно то, что нужно. В отличие от прочих, этот парень вёл себя относительно спокойно.
— Владимир Иванович, — обратился профессор к солдату, — в целях одобрения Вашей кандидатуры в элитные войска армии, Вам необходимо получить одобрение на окончательное вступление в касту военных, для этого Вы обязаны устранить всё связывающее Вас со старой кастой, вплоть до памяти. Вы готовы начать процедуру?
— Так точно, — бравада, бывшая в начале, постепенно исчезла из слов курсанта, но, тем не менее, он не отступал.
— Назовите пять Ваших страхов. Те, которые пугают Вас больше всего.
Солдат задумался, такого вопроса он совсем не ожидал.
— Простите, профессор, но зачем Вам мои страхи?
— Страх, молодой человек, — начал объяснять профессор, — это маячок из прошлого, который заставляет нас помнить те или иные явления. Именно благодаря страху из поколения в поколение люди запоминают, что может быть опасно. Страх движет живым существом в процессе эволюции. Ваши страхи уникальны, чаще всего они связаны с Вашим детством, с чем-то, что имеет значение именно для Вас. Прежде чем форматировать нейронные связи, отвечающие за участки памяти Вашей прошлой жизни, нам нужно выявить участки мозга, где хранятся Ваши страхи, и устранить их. Только тогда мы примемся за остальные воспоминания.
— Э-э-э, тогда, — замялся военный, — секунду, профессор. Я больше всего на свете боюсь чудовища из старого мультфильма «Красавица и чудовище». Честно говоря, до сих пор в кошмарах его иногда вижу, — пока солдат говорил, профессор что-то набирал на сенсорном мониторе, — я боюсь пауков… Господи, так странно говорить Вам о своих страхах, ведь я военный, я не должен ничего бояться!
— Все чего-то боятся, молодой человек. Все. Просто кому-то достаточно один раз от них избавиться, а кому-то нет. Продолжайте говорить.
— Я боюсь быть задушенным во сне. Мне страшно от одной мысли, что я не преуспею в армии. Наверное, это всё.
— Нет-нет, чего-то не хватает. Вы не всё мне рассказали.
— Ах да, есть ещё. Я больше всего на свете боюсь воды, — после этих слов солдат замолчал. Профессор в последний раз посмотрел на монитор, затем непроизвольно кивнул, словно одобряя собственные мысли.
— Вводите инъекцию, — сказал пожилой мужчина. В глазах солдата потемнело. Работа началась.

Свет погас. Привет, незнакомец. Первородная тьма поглощает тебя в своё ненасытное нутро, словно желая сделать частью её самой. Учёные говорят, что наша вселенная появилась в результате большого взрыва, но что было до этого взрыва? Тьма. Великая и бесконечная. Ты пытаешься вглядеться в неё, найти хоть какие-то отблески, но всё безуспешно.
Внезапно осознаёшь, что эта тьма словно движется вокруг тебя. Невозможно разглядеть ни рук, ни ног, но ты понимаешь, что едва-едва колеблешься внутри темноты. Далёкие воспоминания подсказывают: ты просто нырнул в речку и закрыл глаза, достаточно всплыть на поверхность, и мир снова заиграет красками. Но это не так. Вокруг тебя бесконечная толща воды и ты никогда не сможешь вынырнуть из неё.
Ты непрошенный гость в этом мире, ты не приспособлен в нём жить, а значит лёгкая добыча. Хоть тьма вокруг и пуста, но ты ощущаешь нутром, что в этот самый момент нечто видит тебя. Здесь на огромной глубине, есть жизнь, настолько древняя и вечная, что первородная чернота стала для неё родным домом. Нечто смотрит на тебя сквозь глубину, изучает. В этот самый момент тебя сковывает лютый ужас – ты не можешь пошевелиться. Обречённость заползает в душу, словно медленный яд смертоносной змеи. Ты не видишь глаз этого нечто под водой, но чувствуешь тяжесть его взгляда.
Вода не твоя стихия, ты вырос и жил на земле. Привык крепко стоять на ногах, и сейчас у тебя это всё отняли. Ты не можешь умереть, и всё, что сейчас остаётся – это быть здесь, чужим в этом мире, лишним среди древних.
И именно в этот самый момент в голове появляется мысль – ты боишься не воды, а одиночества. Этот первородный страх настолько крепко засел в голову человечества, что мы придумали ему огромную массу оправданий и иных форм. Мы говорим, что хотим продолжить свой род, в то время как просто боимся остаться одинокими в старости. Мы говорим, что хотим красиво выглядеть, но на самом деле мы боимся, что нас отвергнут окружающие и, мы останемся одни.
Вода и тьма вокруг показала тебе твой настоящий страх, отца всех ужасов человечества.

Солдат очнулся.
— Как твоё имя курсант? – спросил профессор.
— Кто Вы? Что здесь происходит? – вскрикнул молодой человек. Он начал вырываться, ремни затрещали, надёжно сдерживая руки.
— Первые показатели выявили удачность процедуры. Отведите курсанта в лабораторию номер 2 для приведения его в форму.

Долгий день закончился, сегодня их было четырнадцать человек. Они были последними среди тех, кого избавил от памяти он лично.
— Люба, — обратился к медсестре пожилой человек, — сегодня мой последний день здесь. Вряд ли мне ещё когда-либо удастся добраться до этого оборудования. Я прошу тебя, могла бы ты задержаться?
Медсестра затянула ремни на руках профессора.
— Вы точно уверены, что хотите этого? – спросила Любовь Ивановна пожилого мужчину.
— Я устал жить с постоянным чувством вины за то, что делаю с ними. Я устал жить в страхе.
Медсестра ввела инъекцию. Свет погас.

508 просмотров всего, 1 просмотров сегодня

Понравилось? Поделись с друзьями:
Share on VKTweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+Share on LinkedInShare on TumblrPrint this pageEmail this to someone

Оставить комментарий

Оставьте первый комментарий!


wpDiscuz